?

Log in

No account? Create an account

Категория: лытдыбр


«Сухарики? Похрусти в наряде – все будет в шоколаде».
Рядовой Чубенко.

«Что там за террорист? Слышь, дневальный, не дай Бог нас взорвут – я тебя убью».
Мл. сержант Щитинин.

«Ты думаешь кто он? Он – генерал-сержант для тебя, понял?».
Рядовой Воробьев.



РАНЕЕ:
ОСНОВЫ
Армия. Основы. Бестиарий.
Армия. Основы. Как готовить себя к армии?
Армия. Основы. Как попасть туда, где хочешь служить?
Армия. Основы. Собираемся в армию.
Армия. Основы. Армия и девушки.
ЛИЧНЫЙ ОПЫТ
Армия. Личный опыт. Распределительный пункт.





1. Армия. Личный опыт. Приемник.

«Приемник» - это приемный пункт, первая локация в армии. В некоторых частях как такового приемника нет, и вы сразу попадаете в Учебку. Если вы попали в приемник некой части, знайте: вероятность того, что вы останетесь служить именно в этой части - невелика. Вполне вероятно, что вы будете отправлены служить или даже «учиться» в другую часть, а здесь вы просто проходите «карантин». «Приемник» - это то место, где парни вникают, что они уже таки в армии. Первый наряд, изучение основ существования, первое изучение Устава и подшивания – все тут.

[Приемник день за днем…]

…вечер холодного 29 ноября 2010 года. Развороченная «буханка» со скрипом тормозит у КПП в/ч 03523, солдаты-водители просят нас оставить весь хавчик им, потому как у нас «все равно его отберут». Мы по наивности оставляем им парочку «сникерсов» и «ролтонов», это процентов 10 из всего, что у нас есть. Дальше следуем за офицером-«купцом». В части тишина – по улице слоняются несколько солдат, впервые наблюдаем «кантики» на сугробах. Входим в помещение: «купец» в канцелярию, мы становимся в шеренгу по линии на полу. Из каптерки вываливается рядовой и младший сержант.

«Купец» гоняет чаи с начальством приемника. Младший сержант и рядовой ожидают начальства. Из канцелярии выходит старшина и приказывает нам снять всю верхнюю одежду и распаковать вещмешок. Сержант подбадривает криками и матом. Исполняем приказ. Рядовой сбегал за плащ-палаткой, в которую сержант начинает складывать все, что не «по уставу»: иголки, лишние бритвенные станки, ручки, блокноты, газировку и еду, «неуставное» мыло… Потом окриком командует чтобы мы надписали ручкой свою одежду: бушлат, ватники, китель и штаны. Это чтоб различать в рундуках и столовке на первых порах. Как показала дальнейшая практика месяце на третьем службы только начинаешь более-менее узнавать свой бушлат из прорвы таких же.

Далее в каптерке мы отдаем майки и труселя и нам выдают модную «белугу» (желтоватую пижаму) с рваниной во многочисленных местах. Вещмешки запаковываются, все вещи пакуются в них. На руках остается ручка, блокнот, бритва, зубная щетка с пастой, пена для бриться. Сержант доводит до нас, что копаться в своем вещмешке мы теперь будем с личного разрешения старшины или любого другого завсегдатая канцелярии. После этого нас ведут в столовую, мы запоздали – ужин давно окончился. Наблюдаю и впитываю в себя чудодейственную похлебку из риса на воде с салом. Запиваю это гиперсладким чаем.

На обратном пути экспериментируем со строевым шагом, «старший» смеется над нами, когда мы то и дело поскальзываемся на плотном ледяном покрове.

Возвращаемся в тепло здания. Заставляют, именно заставляют, позвонить родителям и сообщить где служим – полный адрес и фамилии начальства, телефоны отбирают и запирают в канцелярии. «Старшие» предлагают в следующий раз сдавать им мобилки за символическую плату в 10 рублей, чтобы телефон был всегда под рукой.

Проверяют длину волос: я постригся спортивной, ко мне вопросов нет, а вот к моему товарищу – есть. Его отводят стричься и берут с него 100 рублей «за стрижку». Нам обоим показывают, как должны быть расположены личные вещи в прикроватной тумбочке, как заправляется кровать и где должно висеть полотенце. После этого по одному идем в душ, где нас предупреждают, чтобы мы никому не говорили, что мылись в душе, так как это нарушение правил – «только старший призыв и начальство моется в душе».

После этого раз пять-шесть складывали одежду – учились как надо и как быстрее. Сержант предупредил, чтобы спали, а не валындались в койке – завтра в 6 утра подъем и вы в армии.
Перед сном сослуживец ляпнул: «Ну, вот и первый день прошел, будем держаться…». На это я ответил ему, что «никакой не день и ни черта еще не началась служба».
Ночью было холодно, так холодно, что я свернулся калачиком и завернул одеяло неведомым способом вакуумного кокона)).

5.55. «Подъем!». Сразу же утренний осмотр, о котором мы и слыхом не слыхивали – одевались впопыхах, не все пуговицы на местах. «Упор лежа принять», естественно. На протяжении часа нам вдалбливали, как складывать одежду и быстро одеваться, практиковались. Затем – утренний туалет. Привыкаем к холодной водичке, другой нет и не будет. Завтрак: какая-то каша из капусты и ухмылки солдат в отношении нас – "духов".

После завтрака начали промывать "взлетку" (широкую полосу для построений в казарме, разделяющую спальное помещение надвое) и спальное помещение. «Косм(ет)ические войска». Раза два туда-обратно по всем помещениям, после этого разрешили посидеть минут 5ть. Сидеть – это круто! Начинает побаливать спина – не привык большинство времени проводить в вертикальном положении.

Посидели и хватит – пора «наводить порядок». Сержант показал, как заправлять койки, и понеслось. Заправляем, ровняем…И нет конца и края этим заправкам.
На обед суп из воды с рисом и картошечка с печенкой, компотец. После обеда продолжаем наводить порядок. Вроде все спальное помещение выровняли, сержант пришел «взорвал» несколько кроватей – все по новой. Часам к 18 прекратили наводить порядок, расселись на «взлетке» для «уставщины». Записали в блокнот ФИО и должности президента, премьера, министра обороны и непосредственных начальников ППНП (Пункта приема нового пополнения). Заучиваем воинские звания, мл. с-т Щитинин произносит: «Дальше полковника учить не нужно, вы этих звездных генералов все равно за службу не увидите ни разу». Фраза оказалась несбыточным пророчеством: за службу я только и делал, что видел генералов, полковников, генерал-майоров, готовился к приездам Министра внутренних дел и даже Дмитрия Анатольевича. Не угадал тут товарищ младший сержант, совсем не угадал.

После ужина по-прежнему хочу есть, хочу весомо – в животе урчит. Но о том, чтобы прикупить «доширака» не может идти и речи: не приведенным к Присяге дорога в чепок (кафе на территории части) закрыта. Рассаживаемся смотреть новости. Если не смотришь новости, значит, смотришь новости в упоре лежа. После этого тренируемся подшиваться. Руки исколоты с непривычки, подшива получается кривой и с кровью. Еще и подшивался минут 30-ть!

После отбоя привозят еще парочку салаг. Смотрю со стороны в их растерянные глаза, как в свои. Ночью холодно, очень холодно.

Следующий день похож на предыдущий, как брат-близнец. Но вечером разрешают позвонить домой и двое, привезенных позже нас, заступают дневальными. Завтра – мы принимаем наряд.

Я помню, как заступил дневальным. Уборка, а потом «тумбочка». 4 часа стоя на одном месте, практически без движений, тянулись, как черт знает что. С непривычки казалось, будто казарменные часы намеренно «дрочат» меня – ну не может ТАК медленно идти время. Старшина время от времени выходил посмотреть не заснул ли я, но единственное, что я позволил себе – это время от времени облокачиваться на стену. Позже я вспоминал эти четырехчасовые муки с улыбкой.
Помню, как разбудил смену, как завалился спать, укрывшись бушлатом. Как вновь было холодно и голодно.

На четвертый день нас попарно сводили к психологу. Мадам оказалась очень высокого мнения о себе и своих способностях. Напророчила мне тяжелую службу, потому что я «импульсивный и не уживчивый с другими людьми». Чуши, которой она там несла, мне хватило на целый день для улыбок и шуточек. «Солдат всегда во всем виноват» - это не фраза сержанта, которому она «по должности», а фраза психолога. Прикольные они ребята, армейские психологи.

- Что тебе психолог сказал?
- Что у меня травма.


Совершили и визит в санчасть. Для подтверждения того, что мы здоровы и ничего у нас не болит. Санинструктору было абсолютно пофигу на рассуждения о сломанных носах, остеохондрозах и прочем.

Понемногу стал понимать, что это крайне важно научиться спать где угодно, при ком угодно и в какой угодно позе. Не могу заснуть при включенном свете/звуке отбойного молотка? Нет, не слышал. "Здоров ты нахуй, какие болезни?"





Вечером четвертого дня привезли еще пополнение – на этот раз человек 20-ть и Москвы и еще откуда-то. У одного из них нашли травку. Объяснил тем, что на новый год привез, чтобы было чем отпраздновать. Парня прозвали Гидропоникой.

Сержант перед отбоем всем сказал: "Вас тут никто и пальцем не тронет, поверьте мне. Пока вы Присягу не приняли с вами тут как с детьми. А вот примете Присягу – другой разговор, ибо в случае дезертирства наказание известно".
Все задумались.

- Дневальный! Что за пакет?
- Не могу знать.
- То есть не твой и ладно, да? Кто кинул пакет? Сказал же кто-то: не мой пакет, это дневального пакет, пусть убирает. Чей пакет, клоуны?


На пятый день уже действовали коллективно и с порядком справились быстрее. Познакомился еще с тремя типами из призыва, тогда они показались адекватными…
Настало время для более плотного изучения воинских званий, начальства ППНП и умения подшиваться. На этот раз я уже подшился за 17 минут)).

- Рядовой! Ты как сюда попал?
- Виноват, товарищ младшесержант! Товарищ младшесержант, разрешите войти?
- Нет…ты куда пошел? Я сказал: нет! Иди в туалет и обратно сюда, войди как полагается.
(через минут 20 «дроча»)
- Товарищ младшесерант, разрешите обратиться? Товарищ младшесержант разрешите войти?
- А куда ты собрался?
- Присутствовать, товарищ младшесержант.
- Куда ты собрался, солдат?
- Назад!
- На чей зад ты собрался, рядовой?
(еще минут 10 показательного "дроча" с изучением помещений казармы и номеров этих помещений)


В столовой не раз замечал, что офицеры даже не заходят поесть с солдатами, они предпочитают травиться «дошираком» в чепке, чем есть рис на воде и чудесное «мясо белого медведя» - так называлось сало. Начал сильно скучать по пирожкам и вообще любой другой ЕДЕ.

Изловчился не сдать телефон и спрятал его в одежде. Сержант знал, но ничего не сказал.


Товарищ старший прапорщик все же советует сдавать телефоны

Посмотреть на Яндекс.Фотках


После обеда нам сказали, что часть из нас сегодня уезжает в Балабаново. «Старшие» сказали, что тем, кто в «Балабаху» КРУПНО «повезло». Немного начал мандражировать, но потом забил – чем меня можно напугать в принципе? Наивный)).
Машина так и не пришла. На утро 6-го дня выстроили весь личный состав и начали опрашивать кто что умеет.

- Ворд, иксель умеешь?
- Никак нет!
- Хорошо, этот мне не нужен – ему лопату дайте, пусть снег убирает.


Внезапно я понял, что существуют определенные промежутки времени, когда что-то уметь и быть инициативным весьма выгодно. Промежутки эти никак не вычисляются и не прогнозируются – только через опыт и по наитию.

Приехал «Пазик». Лейтенант Огарков сразу быстро научил всех собираться и завязывать вещмешки, без лишних экивоков, со звуковым сопровождением;)). Я понял, что я не остаюсь в Софрино, а уезжаю в Балабановскую Учебку. Как ни странно, я ничего не почувствовал, я даже хотел уехать – подальше от этого риса на воде и гребаного сала с печенкой. Дали позвонить домой – мать в слезах, она-то думала, что в Софрино я и останусь. Близко к дому тралала. Увы и ах. Постарался успокоить. Обещал написать, как только смогу.

Погрузились в автобус. Огарков оказался мужиком очень общительным и сразу стал травить анекдоты и знакомиться со всеми по типу «кто ты по жизни?» и «что умеешь?». Я ляпнул, что шарю в видеомонтаже, звукомонтаже. Товарищ лейтенант обрадовано воскликнул: «Ебать, так будем свадьбы монтировать, заебись деньжат поднимем».

А потом случилось то, что меня окончательно и бесповоротно окунуло в армию.

Немного впереди сидел лысый «хоккеист» - салага, который на гражданке хорошо играл в хоккей. Он проигнорировал вопросы лейтенанта. Искрою сквозь мой разум пробежало: «Блять, что ж ты делаешь, хоккеист?». В тот же миг товарищ лейтенант с размаху открытой ладонью ощутимо вмазал наотмашь «хоккеисту» по голове. Салага повернулся, очевидно что-то хотел сказать, но промолчал. Глядя прямо на «хоккеиста» товарищ лейтенант выдал фразу, ту самую, которая и окунула меня полностью в армию, избавила от какой-то пелены, что я могу сейчас уехать домой, что это какое-то реалити-шоу.

Товарищ лейтенант сказал: «А чего ты смотришь тут? Я тебя просто бью».

В пути мы останавливались для закупки провианта – все скинулись на колбаску, хлебушек, майонезик. Есть это все было неизведанным наслаждением после гребаного риса на воде. Скинулись все, в том числе и начальство. Что подняло авторитет товарища лейтенанта среди салаг. В машине разрешили еще раз всем позвонить домой. Я по-тихому строчил смс-ки домой, старался успокоить домашних.

Когда я увидел КУДА мы приехали, я лично потерял спокойствие. ПРИПЯТЬ в метель, ей Богу. Унылостью, затхлостью и ощутимой в воздухе агрессией встретил меня городок Боровск-1.

Я прибыл в «дедовскую» часть...

***
В следующих выпусках про "понятия" в армии и рассмотрим фотоальбом младшего сержанта Власова.


Buy for 200 tokens
***
...